Перейти к содержанию
Авторизация  
  • записей
    7
  • комментариев
    39
  • просмотров
    2 188

Связь песни с архетипом «жизни и смерти» в Ригведе.

Авторизация  
Сарпас

409 просмотров

Образ жизни и смерти является одним из самых старых и в тоже время, пожалуй, самым распространенным в человеческой культуре. И действительно самые напряженные моменты человека, так или иначе, связанны с архетипом оживления (рождения) или угасания (смерти).

Прежде чем понять суть архетипа необходимо его внешне описать – так как известно, что архетип заключает в себе «качества обоих антитез», то правильнее было бы утверждать, что мы имеем не два архетипа, но один единственный архетип «жизнисмерти».

Древние языки такие, например как санскрит содержали в себе способность к выражению подобных дуальных пар – когда одно и то же слово само по себе имело потенциал к противоположному переводу. Например, asurya – может переводиться как божественный так и демонический, prani – предлагать и требовать, atman – как дух и как тело, rakshas -  как злой дух и как хранитель, мaya – как иллюзия, обман и как божественная сила и тд и тп. Подобные специфики позволяли с одной стороны вносить неясности с точки зрения современного языка, с другой стороны с легкостью описывать архетипы и достигать посредством этого определенных «психических» состояний, как бы охватывающих собой антитезы в одном предложении / слове.

Архетип жизни и смерти – в своих художественных формах весьма многообразен. Здесь и кусающий себя за хвост мировой змей (Уроборос), и Анкх – символ вечной жизни, и шестигранная звезда, и солнечно-лунные элементы, и мифы различных народов мира, и в том числе, и сказки. На них мы постараемся особенно детально остановиться, так как в связи с описаниями сказочных действий станет более понятными и дальнейшие обсуждения сути Ригведийских гимнов.

Один из самых, пожалуй, часто встречаемых мотивов – попадания главного героя в потусторонний мир. Переход в иной мир духов (мир мертвых) главный герой производит либо через изгнание или в поисках приключений. Художественный образ может быть различным – либо герой / героиня попадают из светлого поля в темный лес, либо встречают знак на дороге, либо стража (им может быть волк, мифическое существо, например Баба-яга или иной персонаж со своей волей). После того как главный герой выдерживает испытания, хранитель входа в мир мертвых дает наставления главному герою – один из них не есть пищи мертвых и не смеяться (не петь песен). Первое по причине того, что пища в некоторых легендах не позволяет вернуться в мир живых (например, японский миф Кодзики), второй запрет носит ритуальный характер – так как мертвым это не свойственно – «только живой поет, и смеется», поэтому существует риск, что главный герой выдаст себя и не сможет выполнить своего задания в мире мертвых (можно найти аналогию в запретах и приметах – не петь песен ночью и до рассвета, за исключением праздников).

Любой предмет, попавший в мир духов, как и наоборот, обладает волшебной силой – среди подобных предметов нас заинтересует музыкальные инструменты (ведь мертвые не поют) поэтому если герой обладает музыкальным инструментом или способен петь в мире духов он становится наделенным магической, сверхъестественной силой. Как гласит одна из поговорок «в мире слепых – любой одноглазый уже король», укажем, однако и то, что музыка важна для возращения главного героя из мира мертвых (оживления). Так например в рассказах Кастанеды его наставник Дон Хуан очень точно подметил - для того чтобы вырваться назад из параллельного мира нужно криком прорвать разделяющий их барьер, что перекликается с необходимость петь песни и бить в бубен для шамана при уходе в параллельную реальность, чтобы не заблудиться.

 Более того любая музыка будет порабощать согласно легендам чужую волю, заставляя всех находящихся рядом – петь и плясать. Примеры – из легенд и сказок достаточно: Ставр Годинович, Алеша Попович, Садко (бедный гусляр, заставивший плясать повелителя подводного царства), Орфей – когда он играл, плясали звери и неодушевленные предметы (он вынужден был пройти в Аид – мир мертвых и воспользоваться своим музыкальным даром). Дагда у кельтов, Нильс и гуси (пример с крысами и дудочкой), рунопевец Вяйнямейнен у карелов, герои Пополь-Вух у индейцев мезоамерики.

Примеров много, однако, самые интересные из них связаны с тремя вещами – 1. ткачеством (иногда плотничеством или кузнечеством), 2. музыкой (песнями) и 3. словом молитвы. Как именно они связаны мы поймем чуть позже. Однако еще раз схематически вернемся к сказанному выше – 1. главный герой уходит в иной мир (символическая или реальная смерть), 2. герой наделен музыкальным предметом или способен петь (это качество запредельно для молчаливого мира духов) 3. с помощью песни он совершает подвиг и возвращается назад.

Теперь нам необходимо обраться к гимнам Ригведы и попытаться найти подобные сюжеты в ней. Первое, что мы наталкиваемся – это сами гимны, ритуальные песни (которые как мы поняли, имеют магический характер в силу своей «звучащей» природы, сюда же стоит отнести молитвы и музыку в целом - например, напевы Самаведы).

Второе – это поименование действия всякий раз, подобно тому, как нарекают имя для детей, так и призываемое божество по все видимости «не явиться» пока его не позвать. Что касается самой Ригведийской сюжетной линии то наиболее выразительные следующие мотивы: 1. призвание света и огня – песнею и молитвенными напевами, 2. Божественные певцы проломили песнею твердыню скалы – освободили утренние зори, дав начало новому дню, 3. Брихаспати потеснил напевами и молитвами мрак ночи, (сюда же относится «сюжетная линия» когда это действие выполняется Индрою).

Приведем в пример несколько выдержек из Ригведы:

 

1.62

Брихаспати расколол скалу, нашел коров…

…С (пронзительным) звуком звучный проломил скалу

 

1.71

Даже крепкие твердыни отцы наши Ангирасы

Проломили гимнами, (а) скалу — ревом.

Они создали нам проход к высокому небу.

Они нашли день, солнце, знамя утренней зари.

 

4.1

Расколов скалу, они стали украшать (Агни).

Это про них другие возглашали вокруг.

Когда (их) скот избавился от пут, они запели победную песню.:

Они нашли свет, сбылись их поэтические мысли.

Крепкий загон, полный коров, мужи

Ушиджи открыли с помощью божественной речи.

 

4.2

Пусть станем мы сыновьями неба Ангирасами,

Пусть расколем мы, пылающие, скалу, полную сокровищ!

По закону, раскалывая скалу, они взорвали ее.

Ангирасы взревели вместе с коровами.

Мужи успешно окружили Ушас.

Стало видно солнце, когда родился Агни.

 

4.50

Брихаспати, рождаясь сначала

От великого света на высшем небе,

Семиротый, рожденный силой, с семью поводьями,

(Своим) ревом раздул в разные стороны мрак.

Он с прекрасно славящей, он со знающей гимны ратью

Ревом проломил скалу, замыкателя вод (?).

Брихаспати, громко крича, выгнал мычащих

Коров, которые делают жертву вкусной.

 

6.65

Ангирасы воспевают твои стада коров.

Они раскололи (скалу) пением и священным словом.

Свершился призыв богов мужами.

 

10.68

Он разглядел сладость, заключенную в скале,

Как рыбу, живущую в мелкой воде.

Брихаспати извлек ее, как кубок - из дерева,

Проломив (скалу) громким ревом.

Он нашел Ушас, он - небо, он - Агни.

Он песней оттеснил мрак.

 

Во всех перечисленных фрагментах прослеживается одна и та же сюжетная  линия. Главные действующие лица – песнею творят подвиг! С помощью молитвы и песни мы видим, как поддерживается ход вещей в настоящем времени. В свете сказанного становятся ясными причины, почему певцы, гусляры, поэты и музыканты в древности почитались как «носители» божественного дара, как носители «иномирной» «мистической» природы, способной творить чудеса. Очень часто поэтов сравнивали с пророками, способными словом (читай песнею) «обойти» законы мира и сделать чудо:  оживить, убить, сотворить или разрушить. Здесь по смыслу мы пересекаемся с христианским пониманием отличия «Бога» от «идола» - Бог – живое слово истины, идол – мертвый молчаливый истукан.

Дальнейшее изучение мифологем о песнях и словах в Ригведе  приводит нас к мысли о том, что любой действующий персонаж, способный создавать нечто – прототип поэта, наделенный божественной силой. Так Риши часто сравнивают свой провидческий, поэтический дар с «грубыми ремеслами» - с ткачеством, кузнечеством и плотничеством.

 

1.61

Это ему даже жены, супруги богов,

Индре, соткали песню при убийстве змея.

 

1.62

Для издревле существующего запрягания буланых коней,

О Индра, Готама выточил новую молитву…

 

1.110

Соткан мой труд, и снова ткется всё он же.

Складчайшая поэзия произносится, чтобы стать гимном.

 

1.109

Я выточил для вас поэтическое творение, которое принесет

награду.

 

1.161

Из шкуры вы силой поэтического вдохновения воссоздали корову.

Тех двоих, что старели, вы (снова) сделали юными.

Сыновья Судханвана, из коня вы выточили (второго) коня.

Запрягши в колесницу, вы приехали к богам.

 

2.35

Это (идущее) из сердца, прекрасно выточенное

Произведение мы хотим ему произнести. Разве он этого не знает?

Благодаря (своему) асурскому величию Апам Напат

Благородный породил все существа.

 

10.71

Кто не движется ни вперед, ни назад,

(Кто) не (настоящие) брахманы (и) не участвующие в приготовлении сомы,

Те, плохо владея Речью, Ткут по утку (негодную) тряпку, не сознавая (этого).

Все товарищи радуются за (своего) товарища,

Пришедшего со славой, победителя в состязании.

Он спасает их от греха, добывает им питание.

Он достаточно подготовлен, посланный на состязание.

Кто-то сидит, приводя к процветанию гимны,

Кто-то поет мелодию к (стихам) шаквари.

Кто-то - брахман - провозглашает знание происхождения (начал)

А кто-то измеряет меру жертвоприношения.

 

Более того, всякий подвиг (способность петь гимны) воспринимается не только в свете необычности деяния, но и как залог жизни, как обещание заступничества богов, охраняющую, живительную силу, избавляющую от неудач, разгибающую от пороков.

 

1.164

Глупец, я спрашиваю, не различая мыслью,

Про эти оставленные следы богов.

На годовалого теленка семь нитей

Натянули провидцы для тканья.

Незрячий — зрячих провидцев об этом

Я спрашиваю, несведущий — чтобы ведать.

 

2.3

Ушас и Ночъ, возросшие от века, (творят) для нас

(Свои) благие деяния: словно две радостные ткачихи

Ткут они вместе натянутую нить…

 

6.9

Агни-Вайшванара, рождаясь,

Как царь, преодолел светом мрак.

Не пойму я ни основу, ни уток, (нить поперечная при ткачестве – прим. мое)

Ни какую (ткань) ткут они, вступая в состязание.

Чей же сын смог бы произносить

Речи выше оказавшегося внизу отца?

Только он и основу понимает, и уток,

Он может правильно произносить речи -

 (Он,) хранитель бессмертия, который понимает это,

Передвигаясь внизу, (но) видя выше другого.     

 

Уместна так же и еще одна параллель между песней (молитвой) и функцией «оживления» - через образ планет Шукры и Гуру. Именно первая из них способна войти в царство «тишины» Шани. Именно первая является планетой песни (песни как символа жизни, а не как выступления на сцене или в театре, последнее значение, по-видимому, позднее приспособление) и планетой исцеления, возрождения из мира мертвых («весенняя, цветущая, поющая»), вторая планета (в Ригведе Брихаспати) символизирует скорее всего - оживляющую молитву. Некоторые аналогии между живым и смеющимся человеком мы так же находим в Ригведе, где смехом, песней и молитвой преграждается путь смерти.

 

10.18

Прочь, о Смерть! Ступай другим путем!

Эти живые отделились (сейчас) от мертвых.

Наш призыв богов оказался удачным сегодня.

Мы ушли навстречу пляске и смеху,

Пронося дальше (свою) долгую жизнь.

Эту преграду я устанавливаю для живых.

Пусть же никто другой среди них не отправится к этой цели!

Да проживут они сотню обильных осеней!

Да закроют они смерть (этой) горой!

 

Несомненно, эта тема обильна и не может быть всецело описана в одной заметке, однако мы полагаем, что перечисленные здесь мысли позволят более полно понять образ «поющего героя», как и причины обожествления «поэтов и певцов» в древнем мире. Что еще добавить?

Только воскликнуть - О, Боги разгоните пороки наши молитвою, светом мрак, даже если смерть пришла, сковавшая нас – потесните ее, оживите нас песнею!

Авторизация  


1 Комментарий


Рекомендуемые комментарии

Кстати описываемая нами тема в некотором смысле пересекается с еще одной где фигурирует слово - "словесное состязание" известно почти во всех культурах, так же упоминается и в Ригведе. В современном исполнении это "молодежные баттлы"

Поделиться этим комментарием


Ссылка на комментарий

Для публикации сообщений создайте учётную запись или авторизуйтесь

Вы должны быть пользователем, чтобы оставить комментарий

Создать учетную запись

Зарегистрируйте новую учётную запись в нашем сообществе. Это очень просто!

Регистрация нового пользователя

Войти

Уже есть аккаунт? Войти в систему.

Войти
×
×
  • Создать...

Важная информация

Правила